В ожидании зимы, как приговора

Двоих стариков-инвалидов, доживающих свои дни в нечеловеческих условиях, в селе Степном Спасского района обнаружил случайный прохожий. Немощные супруги Глотовы смиренно ждали зимних холодов, не надеясь их пережить. Однако о бедственном положении людей ни местная власть, ни органы социальной защиты даже не догадывались.

«…Наступает пора, уходят старики, унося с собой в могилы непонимание, обиду и усталость. И с каждым таким уходом слабеет наша больная страна. Умирает дедушка, умирает бабушка… А вдруг с ними уходит и наш последний шанс возродить духовную силу нашей земли? Кому мы будем отдавать долги? Куда денемся мы с ними? Предстанем пред высшим судом…?».

Писатель Юрий Костин «Две жизни моего поколения».

Жизнь за гранью

В густом кустарнике и высоком бурьяне тропинка к дому едва заметна. Но первое впечатление, что здесь давно ни души, обманчиво. Если раздвинуть заросли и пробраться внутрь двора, то станут заметными признаки человеческой жизни. Именно так и сделал случайно проходивший мимо этой обители житель города Владимир Поярков. Увиденное настолько поразило незваного гостя, что он тут же сообщил о своей находке в редакцию газеты «Спасск». Ни минуты не медля, журналисты отправились по тому же маршруту. С трудом разглядев на кирпичной стене двухквартирного дома табличку с адресом Западная, 6, уже не сомневались: всё сказанное в письме — правда. Разорвав плотную паутину, попали на территорию за гранью нищеты. В полумраке взору открывались крайняя бедность и запустение.С потолочного перекрытия одной из трех комнат по краям наспех залатанной дыры угрожающе свисали обломки досок. Закопченные стены с каруселями паутин поглощали и без того скудные лучи света. Под ногами скрипели обшарпанные половицы с едва уловимыми следами краски, они давным-давно соскучились по венику и половой тряпке. Намек на былое благополучие угадывался лишь в отдельных деталях интерьера. На окне — видавшая виды тюлевая занавеска, а в углу — старинный ламповый телевизор. Из мебели — лишь железные кровати, да стол. На кухне — миниатюрный проржавевший холодильник со скудным кухонным скарбом. Всем телом налегая на костыль, из комнаты выглянула пожилая женщина. На вопросы непрошеных гостей ответила безропотно, но как-то устало и безучастно. И тому есть свое объяснение.

В селе Степном супруги Валентина Федосеевна и Михаил Филиппович Глотовы живут уже более 30 лет. Приехали сюда по переселению с Украины. Она устроилась работать на животноводческую ферму. Муж — механизатором в Новосельском совхозе. Новоселам дали квартиру, которая уже тогда нуждалась в капитальном ремонте, и пообещали предоставить более пригодное жилье. Однако время шло, а выполнять обещанное чиновники не спешили. Затем грянула перестройка. Совхозы рухнули, а вновь образованная поселенческая власть принимать на себя обязательства своих предшественников, похоже, и не собиралась. От просьб семьи Глотовых починить крышу и помочь с ремонтом дома просто отмахнулись. Люди, воспитанные советской властью и верившие ей, оказались у разбитого корыта.

— Мы стали просить, ездить по инстанциям, а они сказали: уже договор кончился, и мы вам уже ничего не обязаны, — глотая слёзы, рассказывает Валентина Федосеевна.

— Никто даже не откликнулся. В 2003 году я ездил, отвез в течение года в ЖКХ три заявления. Сказали: не волнуйся, приедем, сделаем. До сих пор приходится волноваться. Едут и делают… А сами мы уже ничего не отремонтируем. Да и не на что. Только на дрова надо больше тридцати тысяч, дом холодный — не натопишься, — на удивление бойко дополнил рассказ жены совершенно незрячий супруг.

С Михаилом Федотовичем мы познакомились, пройдя в его, с позволения сказать, опочивальню, откуда он уже практически не выходит, проводя всё время в постели. Всклокоченные длинные волосы, давно нестриженые ногти говорили сами за себя: помыться больному человеку — большая проблема. Ухаживать за слепым и страдающим астмой пожилым мужем Валентине Федосеевне давно не по силам. Она сама разменяла восьмой десяток лет и четыре года назад перенесла без врачебной помощи инсульт. Ее возможности сегодня сводятся лишь к тому, чтобы хоть как-то приготовить еду на двоих. О поддержании человеческого быта речь даже не идет. А о предстоящей зиме женщина и вовсе говорит с ужасом в глазах, для нее поленница дров – неподъемная ноша. Ни в магазин, ни в больницу пожилые люди также самостоятельно добраться не могут. Изредка к старикам-инвалидам наведываются сын с внучкой да соседка из дома напротив — Татьяна Демидова. Не обращать внимания на страдания односельчан сердобольная женщина просто не в силах. Она и поведала кое-какие подробности.

— Каждый месяц пятого числа они получают пенсию. Сын приехал, денежку взял — и поехал. Ничего не надо ему. Слава Богу, потолок накрыл чем-то. Смотрите, говорила я ему, а то сами там убьетесь. Ну и воды привезет, продуктов купит. А что это для двух человек — булка хлеба да пара килограммов лапок? Это и вся их еда. Она варит холодец да деда кормит… А впереди зима, холода. Как они эту зиму переживут, если вообще переживут, — делает акцент на том, что семье срочно нужна помощь Татьяна Демидова. — Жалко их, жалко. Вот она выйдет, кричит: Таня, иди сюда, сходи за свет заплати или еще что. Иду. Ну, а хлеб я и так им ношу, бесплатно…

Вопреки мнению со стороны, сами старики обиды на детей и внуков, похоже, не держат, и свой жертвенный крест готовы нести до конца. 17 тысяч пенсионного дохода сегодня делится пополам. И хотя мать даже не помнит, где и в каких условиях живет семья сына, она убеждена: им нужна помощь. И не тени упрека по их адресу. Больше того, ради этой маленькой поддержки она готова еще потерпеть свое нечеловеческое существование. Видимо, по собственному опыту знает, что пристроиться в современной жизни по силам не каждому. Смогли же соседи через стенку обустроить свою половину дома. А вот у нее — не получилось. Единственное, чего боятся старики, так это лишиться последней дырявой крыши над головой. На днях им пришло официальное приглашение на заседание межведомственной комиссии при главе администрации Спасского сельского совета, к которому теперь относится село Степное, «по вопросу задолженности по квитанциям за наем муниципального жилья». А в конце приписка: «В случае неявки на комиссию, материалы будут переданы в органы прокуратуры и судебным приставам». И, увы, никто не поинтересовался, почему люди числятся в должниках и можно ли данное социальное жилье отнести к числу жилых помещений.

И ответственность спустя рукава

После звонка журналистов страдальцев из Степного навестили сотрудники поселенческой администрации и отдела социальной защиты населения по Спасскому району. Убедившись в бедственном положении семьи, руководители дали официальные комментарии, которые особого оптимизма не вселяют.

— Я уже сейчас могу сказать так: есть сын, есть внучки, которым они помогают, и помыть родителей и убрать дом — они в состоянии. Почему они этого не делают — будем разбираться. На сегодняшний день существует законодательная ответственность детей за ненадлежащее содержание родителей, — сделал акцент на главных, по его мнению, виновниках глава администрации Спасского сельского поселения Владимир Беспамятных.

И коротко обрисовал ситуацию с ремонтом муниципального жилья сельского поселения на ближайшее время. По его словам, на весь аварийный жилой фонд средств поселения не хватает, а те, что имелись, — уже распределены, и квартира Глотовых в планах пока не значится. О переселении речь тоже не идет – свободного жилья нет. Справедливости ради он также попросил учесть, что село Степное вместе с другими селами бывшего Новосельского поселения в результате укрупнения поселений совсем недавно вошло в состав Спасского поселения и Владимир Беспамятных всего год, как возглавляет его. Извинения, как говорится, приняты, но с одной оговоркой: поселение – это тоже семья, где все друг за друга в ответе. И контроль над условиями проживания престарелых людей на территории поселения – это, в первую очередь, полномочия поселенческих администраций, которые имеют специалистов по работе с населением, и обязаны отслеживать все критические случаи с одиноко проживающими гражданами преклонного возраста. Между тем, как сообщила Татьяна Демидова, в селе Степном не только старики Глотовы в бедственном положении, не говоря уже о таких отдаленных и тупиковых селах как Лебединое и Луговое. Но почему с существующим положением дел безропотно мирятся сами селяне? Неужели все дружно разуверились в желании властей радеть за народ? Или все-таки виной всему равнодушие?

Исполняющий обязанности начальника отдела социальной защиты населения по Спасскому муниципальному району Николай Кораблев также сделал акцент на том, что у пожилых супругов Глотовых есть родственники, которые обязаны принять участие в их судьбе. Несмотря на то, что специалистам соцзащиты удалось уговорить пожилых людей провести остаток дней в интернате для престарелых и те даже подписали соответствующие документы, без их содействия в этом деле не обойтись. Путь в социальное учреждение лежит через медицинское освидетельствование, но для этого больных людей надо привести в соответствующий вид. А кому, как не родственникам этим заняться? Им же предстоит похлопотать о продвижении бумаг по инстанциям. Но, к сожалению, ни внуки, ни дети пока на контакт с соцзащитой не спешили.

— Если они документы соберут быстро, то путевки по общему профилю могут прийти уже в течение 2-3 месяцев, — уверяет Николай Кораблёв. – Но проблема в том, что после больницы этим людям придется вернуться домой и ждать своей очереди в тех же условиях…

И эта проблема пока неразрешима. В районе нет социально-реабилитационного центра для инвалидов и граждан пожилого возраста, оказавшихся в трудной жизненной ситуации, или хотя бы небольшой социальной квартиры по примеру Черниговского района. Не идет речь и о создании койко-мест сестринского ухода в лечебных учреждениях города и района. Последнее пристанище таких обездоленных жителей сёл – Новосельская больница – закрыто. Как выяснилось, в Степном также нет ни одного социального работника. Остается надеяться, что чиновники, на чьи плечи легла тяжелая ноша защищать права обездоленных российских стариков, которым время перемен не дало подготовиться к достойной старости, всё же найдут выход из положения и супруги Глотовы проведут остаток своих дней в человеческих условиях. Ведь не ради такого финала они всю свою жизнь работали на государство.

Послесловие

Демографы считают, что разница между двумя поколениями составляет двадцать пять лет. Но крайне сложно измерить в днях и годах тот жизненный опыт, который пропастью лежит между нынешним поколением и так называемым поколением «восьмидесятников». Они жили даже не в другой стране, они жили в другом мире имени дедушки Ленина и развитого социализма. Но при этом сумели выжить в новой России. Правда, большинству государство не дало достойно подготовиться к старости. Это и дефолт 90-х, лишивший их всех накопленных сбережений, это и «потолки» пенсионного обеспечения, это и развал привычных товарно-денежных отношений, это и безработица детей, вынужденных жить на скромные пенсии стариков и многое другое. Поэтому судить осужденных уже незачем. Беда в другом: как это исправить?

Комментарии закрыты.