Вспомнить все [ВИДЕО]

blokada

Жители блокадного Ленинграда рассказали о своей нелегкой судьбе!

Во время блокады Ленинграда Людмиле Свириденко (на фото справа) было всего 4 года, а Галине Шейко и того меньше — полтора. Всё, что они пережили, женщины помнят по сей день. Самой мучительной пыткой был голод.

— Бадаевские склады, где хранилась месячная норма продовольствия, на третий день блокады немцы разбомбили — кто-то из «наших» оказался предателем. Есть было нечего, — с горечью вспоминала Галина Шейко. — Мы не знали, что такое конфеты, картошка, настоящий хлеб. Тогда он состоял из отрубей, бумаги и целулоида. Мне всё время есть хотелось… Сейчас я не ем сдобу, булочки. Мне лишь бы черный хлеб был. Для меня это счастье!..

Галина Алексеевна пережила почти все 900 дней блокады. За это время потеряла двух старших сестер. Она вспоминает, что тогда люди падали от истощения один за другим и умирали. По нескольку дней на улицах лежали окаменевшие трупы.

— Смотришь — машина едет, а в ней трупы замерзшие стоят, — рассказывала женщина. — Их было так много, что их не клали, а ставили…

Хоронили людей в братских могилах на Волковском, Обуховском и Пискарёвском кладбищах, едва присыпая землей. Пискарёвское кладбище в годы блокады и вовсе стало основным местом массовых захоронений жителей города и его защитников. Только там покоятся 420 тысяч ленинградцев и 70 тысяч защитников города. С начала 1960-х годов Пискарёвский мемориал с величественной скульптурой Матери-Родины является в Ленинграде основным памятником героям, отдавшим свою жизнь за счастье, свободу и независимость нашей страны.

Блокадники вспоминают, что во время войны люди теряли рассудок. Массовое голодание привело к каннибализму.

— В Ленинграде есть парадные двери и проходные дворы. Так вот полным людям идти проходными дворами было страшно — у них вырезали мягкие места и они истекали кровью, — рассказывала Галина Шейко. — Раньше об этом не говорилось, мне мама рассказывала. Она ходила за карточками только с парадного входа. Страшно было! Люди шли на всё, надо было чем-то питаться… Но тех, кто людоедством занимался, ловили и расстреливали сразу, без суда и следствия… Не брезговали люди и трупным мясом, не говоря уже о животных. Ни одной кошки не было видно, ни одной собаки, мыши, крысы или даже птички…

Людмиле Свириденко повезло немного больше — ее вместе с мамой и двумя братьями эвакуировали из города в 1942-м году. К тому времени отец уже числился как без вести пропавший. Однако по дороге мама умерла, и детей раскидали по детским домам. События 1941-го года поломали ни одну судьбу, но главное тогда было — выжить!

— А выжили мы благодаря тому, что наши родители, бабушки, дедушки, старшие братья и сестры отдавали нам свою еду… Сами же умирали…

Когда немцы взяли город в плотное кольцо Розалия Беликова была 13-летним подростком, blokada 2поэтому помнит всё до мелочей. Рассказывать о событиях тех лет женщине крайне тяжело, они навсегда останутся глубоким рубцом на сердце.

— Блокаду не хочу вспоминать… — сказала она. — Я голодная была! Все голодные были! На «Черниговских холодильниках» продукты были. Немцы обнаружили это и бомбили. И бросали листовки: «Чечевицу съедите — Ленинград сдадите». Это я очень хорошо помню!

Истощенных от голода детей необходимо было в срочном порядке эвакуировать из города. Но это удалось сделать лишь под конец блокады. Вывозили их через Ладожское озеро, называемое «дорогой жизни».

— Нас везли 60 км от берега до берега. Везде военные стояли — их сняли с Кронштадта, — вспоминает Розалия Васильевна. — За нами шла машина с вещами. Так вот она пошла под лед. Эти гады подорвали лед! Они узнали, что идет переправа детей…

medalК счастью, все пассажиры благополучно добрались до места назначения. Роза Васильевна попала в Краснодарский край. В 1953 году — на Камчатку, а потом вышла замуж и переехала в Спасск-Дальний. Женщина признается, что в послевоенные годы ей довелось побывать в родном городе, но радости она не испытала.

— Я ездила навестить родственников, и мне было неинтересно, как за это время изменился город, — произнесла она. — Мне было больно смотреть на мой дом, он стоял буквой П, таким он стоит и по сей день. Раньше он был красивый, зеленый… Сейчас не знаю какой…

Роза Васильевна, как и другие жители блокадного Ленинграда, была удостоена медали «900 дней, 900 ночей». Но что она значит по сравнению с тем горем, что пережил каждый из них?

— А что мне ее носить?! Мне горько это! Столько людей погибло тогда. Война — страшное дело! Не дай Господь, ребята!..blokada 3

Женщина признается, что дороже всех медалей для нее остается старенькая фаянсовая статуэтка, которая досталась ей от бабушки. Ведь именно она напоминает о мирной жизни в Ленинграде…